Бясконцасць нябёсаў кранаюць сваім галлём,
Шапочуць аб нечым з вятрамі ўначы, а ранкам,
Жаўрук заспявае паблізу с такім пачуццём,
Што лісце сарвецца, і ў танцы пакружыць да ганка.

І будуць асілкі-дубы, як за дзецьмі, сачыць
За тымі лістамі і вокнамі бацькавай хаты,
Усмешкі і крыўды ўсе нашы ўпотай лічыць,
А імі любое дзяцінства заўсёды багата.

І будзе матуля на ганку пад нос спяваць,
Ды жарыць аладкі, каб дзеці раслі ў згодзе
З сабою, людзьмі. Каб умелі яны шанаваць
Асілкі-дубы, па небу галлём што водзяць.

І будзе так многа наперадзе сонечных дзён,
Бацькоўскай пяшчотай, як шалем пуховым, сагрэтых.
Дубы каля хаты забралі ў салодкі палон
Усе мае сны. Ім вялікае дзякуй за гэта.

Я в кукольном театре – кукла Маша.
Играю роль улыбчивой простушки.
Мой кукловод решил – для антуража
Нужны мне очень яркие игрушки.

Они к себе притягивают взгляды,
Крик «Плохо» заглушает шквал оваций...
А на меня глазеть совсем не надо –
Я выступаю в роли декораций...

Частично исполняю роль суфлера,
Забывшим текст, но безупречным «примам»,
Шепчу слова (профессия не нова,
Но так важна и так необходима)...

Пусть зритель часто мой не помнит профиль.
Сразить его небесной красотою
Не претендую. Утро. Крепкий кофе.
Шум улицы, где я сольюсь с толпою.

Дождаться бы себя из суеты
апрельских дней,
продрогших и усталых,
где разговоры, в основном, пусты,
давно потерян смысл у шуток вялых.

Не раствориться б в нынешних «как все» —
слегка надменных,
умных, но холодных.
Стереотипов тесен мне корсет.
Не интересен блеск шаблонов модных.

Мне б достучатся до себя самой,
той прежней,
простодушной и веселой,
ещё не знающей, что значит строй,
считающей — ошибка — не крамола.

Вернуть бы снова на круги своя
дела и мысли, чувства и стремленья
и искромсать реальности муляж
без всяких там нелепых сожалений.

Да выдернуть себя из тишины
забытых мыслей, сонных и безликих.
Утопией мечты всегда больны,
но есть живительная правда в крике.

Дождаться бы себя из суеты...

Упакованы мысли искаженностью смысла
В повидавшее виды сукно.
Подтасованы числа. Из-за давности выслуг
Обесцветились зло и добро.

Мы боимся очнуться, улыбаемся куце,
Подбираем упавший медяк.
Жмут ботинки и бутсы. Время переобуться!
Нам осталось решиться – пустяк.

Но послушно киваем, что кривая – прямая,
Коль казённая сверху печать.
А мечты сбились в стаю… Небеса их глотают
Не желая назад отпускать.

Шептала осень нам дождя
Стонами,
За день намаясь от хлопот.
Тоннами

Грузила спелые плоды,
Охала.
Пустели дивные сады.
Плохо ли?

Ветра гуляли меж ветвей.
Голые
Казались ветви нам скудней.
Полые

Пожухли в поле стебельки.
Падали
На землю листья и стихи.
Надо ли

В букеты листья собирать
Радостно
И смысл отчаянно искать
Радужный?

Когда на улице дожди
Нудные,
Нам солнца луч необходим.
Мудрые

Везде отыщут позитив,
Веруя,
Что даже плач необходим
с бедами.