Из воспоминаний Андреева Виктора

В мае 1979 года меня призвали в армию, попал в город Иваново (РСФСР) в учебку, где в течение месяца получил воинскую специальность кабельщик-монтажник. Дальше проходил службу в отдельном Оршанском дважды Орденоносном орденов Красного знамени и имени Богдана Хмельницкого элетромонтажном полку связи, дислоцировавшемся также в Иваново. Такой полк в Вооруженных Силах СССР был всего один и еще батальон подобной направленности, служили в полку одни белорусы. Ездили в командировки в Украину, Беларусь, делали ограждения к объектам ПВО, последняя командировка была в город Чехов под Москвой, где строился подземный объект, а мы прокладывали связь. Сразу после Нового 1980-го года нас подняли по тревоге и срочно отправили в Иваново в часть. Через два дня на построении объявили: «Кто не желает ехать на юг, выйти из строя». Вышел один человек, а остальные погрузились в эшелон и через неделю прибыли в Кушку (Туркменская ССР). Здесь узнали, что после прохождения акклиматизации нас перебрасывают в Афганистан. Страха не было: все молодые, информации мало. Ехали мы колонной, перевал проскочили и остановились на плато уже на афганской стороне, было очень холодно и скользко. Одна машина, перевозившая нашу библиотеку, соскользнула в пропасть. Переночевали и двинулись дальше. А на другой день на том же плато моджахеды под командованием Ахмад Шах Масуда обстреляли «Градами» следующую за нами колонну.

Год служил в строительно-монтажном батальоне в Кабуле. Мы ездили на аэродром в Баграм забирать грузы, каждую машину всегда сопровождали два вооруженных солдата, которые сидели в кузове с боекомплектом и тремя запасными рожками для защиты от нападения душманов. По зеленке очень страшно было ехать, ее боялись больше всего, потому что там легче спрятаться и больше возможности внезапно обстрелять проходящую колонну.

Однажды, когда я ехал в сопровождении, наша колонна попала в пробку в Кабуле, а улица была вся запружена людьми, многолюдней, чем в Москве. У меня сразу мелькнула мысль, что если нападут, то и патронов не хватит, чтобы отбиться. Помню был случай, ехали в Баграм за баллонами с кислородом, остановились в зеленке набрать воды, а тут вдалеке банда душманов спускается с гор. Мы заторопились, стали двигаться, но все обошлось – они нас не преследовали. Обстрелы нашей части происходили в основном ночью, сначала было страшно, а потом привыкли.

Мы жили в палатках, построек и укреплений никаких еще не было. Охраняли наше расположение часовые. Грелись с помощью буржуек, спали почти одетыми. Летом уже слепили себе печки из глины, стало теплей и комфортней. С едой было сложно, провианта не хватало. Первое время мучались животами: из-за еды и питья. Потом воду кипятили вместе с верблюжьей колючкой, чтобы дезинфицировать. Через полгода снабжение продовольствием наладилось.

Первое время много солдат погибало и калечилось из-за несчастных случаев. Болели инфекционными болезнями: тифом, желтухой. А дембеля наши не спали, переживали, было страшно погибнуть перед отправкой домой, весной 1980 года они улетали в Союз.

В январе 1981 года меня перевели в 126-й отдельный автобатальон в Шинданте, где была большая нехватка водителей, и из нашего батальона всех, кто был с правами, туда кинули. Мне оставалось совсем мало до дембеля, поэтому не хотелось попасть в «наливники» или водителем в роту из-за большого риска погибнуть. К счастью, меня определили в ремвзвод. Мои сослуживцы из автобата ездили колонной в Термез, загружались там горючим, боеприпасами и продовольствием, а потом возвращались и шли в Кандагар. Как-то нашей колонне везло – ее не обстреливали: то ли не успевали подготовиться душманы, то ли она хорошо охранялась. За все время службы, слава Богу, мне не пришлось стрелять в людей. Были пару раз тревоги, а так, чтобы перестрелки, нет, нам сопутствовала удача.

Рядом с нами стояла десантная часть, вот они постоянно ходили в рейды и вели боевые действия. Был случай, бандиты вырезали караул десантников, мы были в шоке.

На замену к нам в роту ехал командир, только закончил училище. На перевале на их колонну напали, и он погиб. Жалко, молодой лейтенант.

Когда демобилизовался, мне повезло – самолет шел сразу на Ереван, за два дня я добрался до Бреста, вышел из самолета, а воздух здесь совсем другой, и дышится так легко.